Однажды (хотя признаваться в таком нельзя) я целых пять минут думала, что раз я детей хочу, а муж – не очень, можно просто перестать пить таблетки. Не получится – не судьба, а получится – конечно же, дорогой супруг будет очень рад, это он просто сейчас потенциального счастья не понимает. Меня оправдывают только две вещи: юный возраст (20 лет) и ненадолго затянувшиеся раздумья, всего через пять минут стало понятно, что так вообще-то нельзя.

И вот, одиннадцать лет спустя, я читаю в одном закрытом женском сообществе: «Хочу третьего ребёнка, муж против, но его-то я уговорю, теперь давайте о важном». Сразу стало как-то жалко незнакомого мужика: а если и правда уговорит, наплевав на все его планы на следующие 20 лет? Причём, если мы сейчас развернём обе эти ситуации, речь пойдёт о банальном репродуктивном насилии. Ну представьте: «Жена рожать не хочет, но презервативы я проколю, вы мне лучше подскажите, где купить детское автокресло в «Запорожец»».

Всё это можно описать словами: «Двойные стандарты такие двойные». Например, мальчиков с самого детства учат, что девочек бить нельзя (правильно учат). Но девочкам забывают сказать, что пощёчина – это тоже нанесение физического (и морального) вреда. И получается, что вся такая эмоциональная жена может отстегать мужа по щекам, а если он даст сдачи – подлец и негодяй! Не лучше ли было бы всех своих детей, вне зависимости от пола, строго приучать не распускать руки – разве что в целях самозащиты?

Ещё мальчиков учат, что они должны платить за девочку. Я, как девочка, в целом ничего не имею против экономии в общепите, если бы не одно «но»: эта традиция выливается в гадкое «кто девушку ужинает…». И если я имею право отказаться от угощения, мужчина, наверное, не обязан угощать. В общем, добровольность и договор – два залога здорового общения. Но не всегда достаточно внутреннего договора в паре.

мужчины в отпуске по уходу за ребенком

The New York Times

В нашей культуре отец, который вместо жены решил взять декретный отпуск, рискует заслужить сотню эпитетов, и «тряпка» — ещё не самый худший. Жена при этом может больше зарабатывать, мечтать о возвращении на работу, бороться с постродовой депрессией, в конце концов, — всё это неважно. Если мужчина остаётся дома заботиться о своих (а хоть бы и не своих) детях и варить борщ, общество вычёркивает его из списка альфа-самцов. При этом мало кто задумывается, что «ты женщина – тебе посуду и мыть» — явление того же порядка, просто вторая сторона монеты.

Этот бесконечный монолог (да, я могу продолжать ещё долго) сводится к тому, что позиция «все животные равны, но некоторые равнее других» давно описана Оруэллом. Было бы круто выбраться за пределы антиутопии, не находите? Слушать и слышать, договариваться, не лезть на территорию, где уже договорились без вас, защищать действительно равные права, не отрицая биологического и психологического разнообразия. И найти, наконец, на «Звезду» мужчину-колумниста, а то я периодически чувствую себя не на своём месте.

____________________________________

Автор Виктория Мартынова.
Журналист, переводчик. Директор PR-агентства PRoCom.
Страница в ФБ vicky.martynova.

Facebook Comments