Женские истории

Она терпеть не могла февраль

Она терпеть не могла февраль. Оттепели, насморк, тусклые фонари и игрушки с животами, полными синтетических гранул ко Дню влюбленных. А еще снег, словно взбитая пена из теплых белков. В квартире было холодно. Первый этаж, одна секция батарей и дырявые плинтусы. Она по сто раз в день набирала ванну и сидела по уши в горячей воде. Трогала ногой морскую соль с иголками розмарина, а потом насухо вытиралась и ныряла в валенки.

Главное – начать день с улыбки

Каждое утро, едва проснувшись, я поднимаю себе настроение. Силой воли или с помощью силы мысли. Ищу в голове тот тумблер, отвечающий за позитив, и упорно давлю на него всеми десятью пальцами. А если недостаточно рук, то напираю пяткой и бедром. Главное – начать день с улыбки. Безо всякого повода и без причины. Тихонько хихикнуть на манер Кукушкиной из фильма «Приключение Электроника» или рассыпаться от смеха, уронив всю себя на простыни.

Истории старухи Ойнур. Про Луну и ночных птиц.

Раз в месяц старуха Ойнур доставала бубен из тончайшей кожи молочного цвета. Выходила к лесу и там, на поляне, зачинала длинную песню. Не то о жизни, не то о смерти. И не понятно было, она это поет, или бубен растягивает свою колыбель для леса, сливаясь с голосами птиц. Каждый раз это случалось под присмотром большой Луны, рассеивавшей такой же молочный свет над деревней. То ли это бубен пел и играл,

Любовь не сковывает, не сужает обзор и не требует жертв

Истинная любовь не требует делать выбор между главным. Она не заставляет определяться между рождением ребенка и мужчиной. Между учебой в институте международных отношений и мужчиной. Между стажировкой за рубежом и мужчиной. Между работой на канале «Украина» и мужчиной. Любовь не может быть «вместо», «взамен», «или-или». Она всегда параллельно. Единовременно. Синхронно. А если чувство заставляет отдавать чему-то преимущество и требует отказаться от равносильно важного – тогда это нелюбовь. Скорее – зависимость,

Истории старухи Ойнур. О прошлом и белых листах.

В этой деревне мы задержались немного дольше обычного. И у меня было время не только отдохнуть, но и оглянуться назад, на свою жизнь. Мы много разговаривали долгими вечерами. Чаще всего Ойнур рассказывала разные истории о себе и о людях, а я, вглядываясь в них, пыталась услышать себя. Это невероятно, но когда рассказывает Ойнур, ощущение, что я и правда могу видеть все эти истории. Будто я сама присутствую в них, а

Автопортрет

Её считали странной. Худая, с вытянутым грушевидным лицом и гладкими волосами, собранными в бельевой узел. Узкие полупрозрачные руки, сквозь которые можно рассматривать крохотную ремонтную мастерскую на углу, засыпанный снегом «бьюик», объеденные рябиновые ветки и рекламу чудо-шампуня на борде. Захламленная квартира. Три кошки и все девочки в продавленном кресле. Полное отсутствие вкуса и интуиции. Казалось, она надевала первое, что лежало в шкафу, и нередко на ней были желтые гольфы, юбка в

Истории старухи Ойнур. В путь.

Раннее утро. После недельной жары стало как-то по-новому свежо и ветрено. Я знала, это был тот самый ветер, прилетающий с цветением сирени и черемухи. Мы почти не виделись с нашего разговора о том, чтобы вместе отправиться к родным землям Ойнур. Холодный воздух еще больше будоражил и покрывал тело мурашками. То ли своей свежестью, то ли боязнью неизведанного вперемешку с любопытством новых историй. На крыльце лежал небольшой сверток ткани, бережно перевязанный

Об интуиции…

Интуиция права всего лишь в ста процентах случаев. (Лестер Левенсон) В девять лет я проявила небывалое упорство и не послушала папу. Он запретил объезжать вместе с ним морковные и свекольные поля, так как дело было вечером, но я упрямо уселась в наш зеленоглазый запорожец, скрестила руки на груди и заблокировала дверь. И потом до глубокой ночи мы мотались по грунтовым дорогам, поднимая за собой барашковую пыль, и считали комбайны. Он

Истории старухи Ойнур. Про пауков и себяплетение.

Каждую весну на веранде старого деревянного дома образовывалась новая паутина. — Не смахивай, пускай плетет. — Прям настоящий домик лесной колдуньи, — рассмеялась я. Ойнур посмотрела на меня с улыбкой: — Ну, если умение использовать всего себя и строить жизнь на этом – колдовство, пущай так и будет. — Ты о чем это? Вечно со своими загадками. — О пауках, о чем же еще. Погляди на него, лучше любого старика

Нельзя соглашаться на то, что не устраивает, и надеяться на перемены

Глупо быть рядом с мужчиной, который вообще-то хороший, но все время нас обижает. (Сальма Хайек) После развода прошел ровно год, и я решилась на новые отношения. Высветлила волосы до нордического блонда, купила телесный корсет с пышной кружевной юбкой и разгладила еще свежие шрамы. Молодой человек был старше на двенадцать лет, понимал Пелевина, закончил два университета, цитировал Омар Хайяма, занимался скандинавской ходьбой и играл в бильярд по воскресеньям. Он добивался меня

«Women of Power»: Современные ведьмы из Польши

Через фотопроект «Women of Power» фотограф Катаржина Маяк представила в современной Польше колдуний, друидов, знахарок, повитух и других представительниц альтернативных верований и попыталась понять, чему их духовный опыт может научить женщин XXI века.  Моя жизнь всегда была связана с фотографией, но если раньше я больше снимала сама, то сегодня чаще выступаю как куратор и консультант. Также я являюсь художественным руководителем и членом программного совета фестиваля Warsaw Photo Days. По-настоящему я

Мы привлекаем мужчин своей энергетикой и внутренним состоянием счастья

Мы привлекаем мужчин своим состоянием. Ни викуньевой шубой, ни волосами, отутюженными, как атлас, не длинными ногами газели, ни бюстом Венеры. Мы привлекаем их своей энергетикой и внутренним состоянием счастья. Внешность, ум, возраст, должность – вторичны. Важно то, что мы излучаем. Транслируем. Передаем. Бабочки и мошки слетаются на свет. Корабли высматривают огни маяка. К холодильнику притягивается магниты. Луна влияет на колебания уровня океана. Моря заманивают реки. Земля притягивает наши ноги во

Истории старухи Ойнур. Про песню рождения.

Мне не спалось. Ойнур сидела на улице, напевая и перебирая ловкими пальцами выцветшие кусочки ткани. — Не спится? — задумчиво спросила Ойнур. — Понимаю. Как тут можно заснуть? Чудо рождения, — словно не ждав моего ответа, продолжила она. — Разве можно проспать такое? Да и захочешь, не проспишь. Дыхание жизни всех рядом будит. — Ты о чем? — О том, что свое рождение не проспишь. — Но это же не

Ты слишком хорошая для меня…

Когда парень, который мне понравился, сказал: «Ты слишком хорошая для меня», — и сразу же наглухо повесил трубку — я поняла, что нужно срочно что-то с этим делать. Перестать, наконец-то, быть удобной, внимательной, милой, заботливой, интересной и безотказной. Прекратить лечить, помогать деньгами и спасать от похмелья. Покупать ретро пластинки с первым концертом Муслима Магомаева для его отца, выискивать секаторы с храповым механизмом для его двоюродного брата, пересаживать в открытый грунт

Истории старухи Ойнур. Про рождающееся в ночи.

Ойнур вернулась поздно вечером. И я даже была рада, что мы уже никуда не отправимся. – Что-то ты молчаливая сегодня. Поймала, значит, ритм? – в ее лице не было прежней улыбки. Напротив, она была спокойна и серьезна. – Да, — мне совсем не хотелось разговаривать и, в то же время, я ждала от нее каких-то слов. – Знаешь, а это больно. Будто я все это время танцевала под чужую музыку и

Задушенные любовью

Он написал в «Одноклассниках», что хотел бы встретиться и получить ее консультацию. Девушка черкнула номер, и вечером раздался звонок. Голос оказался бархатным и глубоким, что-то среднее между Левитаном и Лепсом. Говорил медленно, с чувством, и она расплывалась кондитерской мастикой. Во время встречи к сексуальному голосу добавилась приятная внешность, идеальные манеры, высокая должность в страховой компании и новенькая тойота. Он набрал ее следующим утром и поинтересовался как спала. Она ответила подробно,

Загрузка...